ОКОЛО ТЕАТРА МИНИАТЮР (С натуры)

Театральная площадка. Публика расходится после спектакля. В темноте поблескивают красноватые огоньки папирос, ухо ловит обрывки разговоров.

—   Иван Иваныч, и вы побывали?

—   Да, знаете... Смотреть, конечно, не на что, однако, дай, думаю, пойду...

—   А вы что же, в московском Художественном воспитание получили?

—   Какое безобразие — кэк-уок танцуют.

—   Так попросите вашу мамашу, чтобы она вас больше сюда не пускала.

—   Нет, что это за артисты, позволяющие себе такие выступления?

—   Скажите лучше, что это за публика, которая как только увидит на афише «кэк-уок», так и валит валом в театр. Ведь вот и мы с вами грешным делом пришли, даром, что дождь собирался. А артисты — они на нас работают.

—   Но ведь не ради же кэк-уока я пришел?

—   А уж этого я, батенька, не знаю.

—   Я так скучала, так скучала. И почему в антрактах электричества не зажигают? Они с публикой совсем не считаются!

—   Все бы, Василий Николаевич, ничего, я молчу, но для чего же они позволяют себе возмутительные танцы?

—   Эх, дался вам, этот кэк-уок. За него на том свете черти будут режиссеру нотации читать. Не отбивайте у них хлеба.

 

-   Не понимаю, причем тут черти.

-   Ну предоставим его негодованию старых дам.

-   Так, значит, я, по-вашему, старая дама? Благодарю!

Под суфлера играют. И бубнит же он. В первом ряду сидеть невозможно.

-   Вот бы им нашего Ваську взять. Талант! Гордость всего класса. Голос - прямо комарный.

-   Скучно без буфета. Пойти разве на пароход, там "столовый напиток" есть.

-   Безалкогольный?

-   Спрашивал я у официанта. Полтора, говорит, градуса в нем, но предполагают, что градуса четыре все же наберется. Чувствуете?

-   Да, надо пойти.

Начинает накрапывать дождь. Публика редеет.

 

[1916]