ИЗ ЛЕТНИХ ВПЕЧАТЛЕНИЙ ФЕОДОСИЯ

Да, много пережил этот город, видевший в своих стенах столько народов и столько культур. И если нужны «вещественные доказательства» этой исторической чересполосицы, то обратимся за ними в музей.

Это — небольшой одноэтажный дом, по чьему-то умному замыслу выстроенный в древнегреческом стиле. Стоит он на самой вершине Митридатовой горы и виден издалека, скромный, беленький, с незатейливыми колонками, простыми очертаниями. У самого входа в музей лежат два мраморных льва греческой работы и, как видно, весьма древней эпохи. Из других греческих предметов (ими особенно изобилует музей) много громадных каменных кратеров и амфор; тех же амфор величиной поменьше и с росписью; светильников, небольших, но широких, сплюснутых, иногда — из цветного стекла, но чаще — из красной глины, украшенной черным орнаментом. Говорят, такие светильники и поныне еще употребляются в глухих деревушках близ Феодосии, да только, конечно, без орнаментов,— а иные из них очень хороши. Порядочно в музее и древнегреческих статуэток, правда мелких, но интересных, например, хотя бы по выразительности многих лиц. Еще ценней в художественном отношении каменные маски. Из предметов позднейшей (византийской) греческой культуры особенно привлекает внимание каменная икона св. Николая.

Среди сохранившихся остатков от многих других культур, погостивших в Феодосии, особенно запомнились мне двери из старинной армянской церкви (14 в.), черного дерева, украшенные замечательной резьбой. По всем стенам, прикованные толстыми железными скобами, виднеются тяжкие многопудовые каменные плиты с высеченными латинскими письменами. Это — памятники генуэзской эпохи. На полу лежат свидетельницы минувших военных бурь, пронесшихся над Феодосией,— громадные ядра, начиная от каменных (шарообразных) до тех, которыми турки били по городу в войну 1877 г. Впрочем, всего и не перечтешь.

Есть при музее и картинное отделение, но по случаю войны оно временно вывезено; так я его и не видал. (Кстати, по той же причине не пришлось мне осмотреть и музея картин Айвазовского — уроженца Феодосии.)

Впрочем, не надо ходить в музей, чтобы присмотреться к историческим памятникам города; он сам — исторический памятник. На его улицах до сих пор местами лежит генуэзская мостовая, его прорезывает вырытый теми же генуэзцами ров, сохранились остатки генуэзского водопровода, стоят храмы (армянские) еще 14-го века. Сами названия улиц напоминают, какая вереница народов перебывала в этом городе: Итальянская, Армянская, Турецкая, Генуэзская, Греческая,— ну в каком другом городе можно составить полнее коллекцию из подобных названий!

Или идешь по Итальянской улице, лучшей в городе, щеголяющей зданиями многоэтажных гостиниц и магазинов. Вдоль нее тянется бульвар (впрочем, с зеленью довольно жидковатой), тротуары широки, вывески и витрины просто сияют, снует разряженная, праздная публика, с ревом пролетает автомобиль... И вдруг с удивлением видишь тут же, среди этой новенькой нарядной улицы, развалины старинной   башни. Таков уж стиль города.

А если пойти по белым лоснящимся плитам набережной вдоль моря на восток, то выйдешь, миновав волнорез, к карантину, где увидишь не только такую же башню, но и ров, и вал, и церковь с чудесными мозаичными образами. Стоит пройтись и посидеть на набережной и для того, чтобы присмотреться к феодосийской публике.


1 [2] 3 4 5 6 7 8 9