ЛІТАРАТУРНА-КРЫТЫЧНЫЯ АРТЫКУЛЫ

Более ценен вклад в белорусскую литературу, сделанный Яном Чечотом. Близкий друг Мицкевича, он в молодости участвовал вместе с ним в известном тайном обществе «филоматов», был в 1823 г. сослан в Оренбург, где прожил 10 лет, а затем возвратился в Белоруссию и до самой смерти занимал должность библиотекаря в Щорсов-ской библиотеке графов Хрептовичей. Искренний демократ, горячо любивший белорусский народ, он собирал и издавал произведения народного творчества, писал по-белорусски морализующего характера брошюрки (они, однако, не были напечатаны), а в сборнике «Piosnki wiesniacze» 1844 г. поместил десятка три своих белорусских стихотворений, написанных в подражание народным песням. Стиль был выдержан Чечотом столь удачно, что эти пьески неоднократно перепечатывались разными этнографами в качестве чисто народных.

Все эти пробы поместить украдкой в печать несколько белорусских вещиц завершились появлением в 1846 г. пьесы «Sielanka» В. Дунина-Марцинкевича, написанной отчасти по-польски, отчасти по-белорусски (для цензуры названа польской). Вслед за этим бдительность цензуры усилилась, и в истории белорусского печатного слова наступил десятилетний антракт. Но, конечно, рукописная литература продолжала развиваться, хотя ее облик сильно изменился. Уже отмерла та часть ее, которая служила для повседневного практического обихода сельской шляхты и городского мещанства. На передний план выдвинулись произведения стихотворные, очень часто юмористические. Их слабость объясняется бесцельностью их существования: безграмотный народ этих произведений не мог знать, для интеллигенции же они не были хлебом духовным, а лишь простым привеском к литературе польской или великорусской. Подчеркиваем это, так как подобное положение вещей продолжалось до самого последнего времени и наложило глубокую печать на все прошлое белорусской литературы; горе ее заключалось в том, что у нее не было ни читателей, ни писателей — были лишь любители   белорусской   словесности.   Впрочем, это не мешало появляться довольно интересным белорусским произведениям. Отметим среди рукописей 40-х годов остроумную шуточную поэму «Тарас на Парнасе”, содержащую, между прочим, выпады против Греча и Булгарина. Написанная бойко, хорошей белорусской речью и безукоризненным стихом, она впоследствии приобрела широкую популярность и переиздавалась десятка полтора раз. Еще более интересного находим мы на рубеже шестидесятых годов, во время эпохи «великих реформ». За истекшие 10 лет жизнь в Белоруссии сильно эволюционировала, демократизировалась, что не могло не отразиться на белорусской литературе. Эта последняя росла, развивалась, и период общественного подъема был периодом подъема и для нее. Лишь только начались послабления, вызванные севастопольской войной, как она выдвинулась вперед во главе с уже упомянутым В. Марцинкевичем.

Родился он в 1808 г. в семье мелкого арендатора, детство провел на родине, в Бобруйском уезде Минской губ. Затем, окончив в Бобруйске среднеучебное заведение, некоторое время пробыл в Виленской базилианской коллегии и в Петербургском университете. Уйдя из последнего, долго служил в различных минских канцеляриях, пока в 1858 г. не кинул службу и не обосновался в еще раньше купленном имении Люцинке (под Минском), где и умер в 1885 г.

К первому произведению Марцинкевича, пьесе «Sie-Іапка» , знаменитый Монюшко написал музыку, и в 1852, 1853 и 1855 гг. эту пьесу ставили с большим успехом в Минске, что вновь проложило белорусской речи дорогу из деревни в город. Вслед за этим начинает печататься целый ряд белорусских поэм Марцинкевича, которые обрываются на 1859 г., так как цензурный досмотр к тому времени уже усилился и переведенные Марцинкевичем две первые песни «Пана Тадеуша» по выходе из типографии были конфискованы. С тех пор он уже ничего не печатал, хотя и продолжал писать: нам известно его стихотворение «Вясна, голад, перапала» и четыре комедии.


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 [39] 40 41 42 43 44 45 46