ЛІТАРАТУРНА-КРЫТЫЧНЫЯ АРТЫКУЛЫ

Переходя к другим средствам поэтического воздействия, которыми обладает стих Шевченко, обратимся прежде всего к его рифмам ввиду несомненной связи их с метром; именно их основное назначение (как это выяснил, напр., Гюйо 4) — подчеркивать форму метра, обводя твердым контуром его границы.

Наиболее обычны у Шевченко женские рифмы, несколько реже встречаются мужские, в трех-четырех грациозных стихотворениях песенного рода есть и наиболее изысканные — дактилические, каковы, например, «вишиваная — мальованая» (185), «питаеться — пишаеться» (553), «червчаточка — дівчаточка» (353) и т. д. Встречаются и другие интересные рифмы (намисто — на місто; леда-що — на що, злйдні — три дні и т. д.), но число их очень невелико. При этом следует отметить, что и, вообще говоря, область применения каких бы то ни было рифм в стихах «Кобзаря» сравнительно довольно ограничена. В полной гармонии с общим духом своей музы (а в частности, с ее метрами) Шевченко чрезвычайно часто пользовался вместо рифм ассонансами*, вся прелесть которых именно в стихах народного склада обрисовывается особенно хорошо**. Подчеркиваем это, так как в широкой публике шевченковские ассонансы нередко считаются просто неудачными рифмами; между тем здесь в употреблении ассонансов точно так же, как и в вопросах метра, Шевченко, как мы видим, ярко проявил и глубокую народность своей поэтической природы и исключительную художественную чуткость. Для того же, чтобы стих не был слишком беден, Шевченко время от времени скрашивает свои ассонансы более полными созвучиями. Идя далее, он иной раз рифмует с обеими четными строками своего семистопного хорея и первую нечетную или, что бывает реже, вторую; благодаря этому стих приобретает особенную оригинальность и благозвучность. Вот примеры того и другого:

Вітер в гаі' не г у л я е,

В ночі   с п о ч и в а е,—

Прокинеться,— тихесенько

В осоки питав... (стр. 142).

А як прийшла до берега,

То й дочку з г а д а л а,

I згадала, як купала

I як примовляла (стр. 288).

Наконец, чрезвычайно широко применяются в «Кобзаре» и все остальные, т. с. «вторичные» средства гармонизации стихотворной речи: внутренние рифмы, аллитерации, цезуры и т. д. Здесь, именно в этой области стиха, и выясняется, быть может, наиболее прекрасно все тонкое изящество поэзии Шевченко: внешне простая, скромная, она полна внутренней, затаенной, не всякому взору доступной красотою. Если допустимо такое сравнение, то я скажу, что стих Шевченко походит на освещенный изнутри бумажный китайский фонарь. У него нет блеска, сияние его мягко и ровно, но вместе с тем видишь, что внутри он полон света, и только полупрозрачная оболочка не дает этому свету хлынуть во все стороны ослепительным потоком.

При разборе и оценке этих, только что указанных нами, составных частей стиха остановимся прежде всего на внутренних рифмах. По числу их ни один русский поэт не может сравняться с Шевченко. Достаточно указать, что рифм этих мы насчитали при исследовании «Кобзаря» около тысячи. Разумеется, этому количественному богатству их соответствует и качественное богатство тех разнообразных комбинаций, в которых они употребляются Шевченко. Наиболее обычной является рифма посреди нечетной строки двухстрочного семистопного хорея, разрезающая ее пополам. Таковы, например, рифмы: «ні родини, ні хатини» (стр. 32); «треба трути роздобути» (144); «надо мною молодою» (287) и т. д. Но встречаются в таких строках рифмы и не посредине (напр.: «чого серце б'еться, рветься», стр. 148), есть они также и в четных строках («жвавий, кучерявий», стр. 143). Интересны и некоторые другие, более сложные сочетания,— например, такие:


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 [26] 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46