М. А. Богданович

Белорусский национальный комитет в Минске получил печальное известие: 12 мая в Ялте скончался от чахотки Максим Адамович Богданович, молодой поэт, с именем которого связывались большие надежды в Белоруссии.

Человек — ничтожная песчинка в безбрежном океане. Масса — двигатель жизни. Но эта масса и этот двигатель красив и велик только тогда, когда есть в его среде люди «нездешние», люди, великие духом, чистые сердцем, одаренные «искрой божьей». Максим Богданович был одним из этих «нездешних». Он глубоко страдал за народ свой — белорусов:

Кинь только оком на этот народ,

Сожмется сердце от боли:

Сколько ты вынесешь горя отсюда,

Сколько нужды беспросветной...

Его сердце — сердце поэта,— как губка, чутко впитывало в себя всю грусть, всю тяжесть и беспросветность жизни загнанного, темного и забитого своего народа. В песнях его была и горечь, и боль, и горячий призыв к правде и свету, и ярко-огненный, кристально-прекрасный светоч будущего. И когда свершилось чудо — будущее, казавшееся несбыточной мечтой, сделалось настоящим, когда призывпым звоном загудел на Руси свободный благовест, когда спали оковы и кончилась кошмарная ночь крови и слез,— чуткий поэт вдали от народа своего умирал под шум волн морских, под лучами южного солнца. Почти всю жизнь М. А. прожил вдали от Белоруссии — в Ярославле. Здесь он слагал белорусские стихи, писал статьи и рассказы. Он работал одинокий, оторванный от родного края. Занятия в юридическом лицее, уроки и в то же время серьезные занятия литературой и поэзией. И душевное одиночество... Он как будто предчувствовал близкую смерть, в его стихах часто мелькают скорбные нотки: «давпо уж телом я хвораю и хвор душой...»

Много в жизни нашей есть дорог,

А ведут они все до могилы...

Осенью 1915 г., когда до Ярославля докатилась волна беженцев и среди них оказалось немало белорусов, неутомимо, с утра до поздней ночи из всех своих слабых сил работал для этих несчастных Максим Богданович и заразился тифом, был на волоске от смерти. В последние годы покойный принимал близкое участие в газете «Голос», но его тянуло в родную Белоруссию. И вот осенью 1916 г. он уехал в Минск и здесь окунулся в общественную работу. Ненадолго хватило надорванных сил, и в феврале его отправили в очень тяжелом состоянии в Ялту. Он умер 26 мая 85. Умер как раз в тот момент, когда талант его должен был разгореться особенно ярко, особенно огненно, когда проснулась Русь, проснулись силы народные и светоч свободы озарил нашу землю...

Известие о смерти его, как гром, поразило всю мыслящую Белоруссию... «Вечная память тебе, наш великий поэт и самый дорогой сын родной земли...» — сказали белорусы...

Горько скорбя о тяжелой потере, скажут все, знающие Максима Богдановича: «Вечная память тебе, чуткий, чистый сердцем, сильный мыслью, одаренный искрой божьей человек!»

 

1917